Category:

Купил книгу и чуть не стал миллионером(продолжение выдумки про лак Страдивари)

Ты ведь знаешь, что у нас в коллекции музея есть скрипка Страдивари, и как-то раз я производил работы по очистки её от пыли, забившейся даже под стеклянную витрину. Вот и в этот раз, почистив все внутренности специальным пылесосом с мягкой всепроникающей насадкой, собрался отнести скрипку обратно в экспозицию, как в голову пришла мысль, мысль совершенно дурацкая, и в то же время полностью захватившая всё моё существо. Неведомый голос просил нанести смесь медицинского эфира и некоторых жирных кислот в определённой пропорции и распылить это при помощи обычного пульверизатора, а затем положить сверху полированное стекло. Полированное стекло достать оказалось делом несложным, полстраны у нас работает на оборону. С химией было посложнее, но "жидкая валюта" может открыть двери почти любой химической лаборатории. И вскорости бутылка "эпиплазмы" (антизапотевателя для стёкол космических кораблей) покинула пределы "почтового ящика", а прекрасный армянский коньяк поднял настроение знакомым химикам "оборонки". Оставалось дело за малым, дождаться ухода начальства и провести, помимо профилактических работ со скрипкой, ещё и рискованный эксперимент. Вот этот пакет из стекла получился, когда испаряющийся с поверхности скрипки эфир отпечатался на стекле, а вторым стеклом был законсервирован».

Я не смог проникнуть своим неискушённым умом ни в тонкости, ни в детали процесса вытяжки звука. Единственное, что я понял, так это про тончайшую эфирную плёнку, которая несёт в себе рельеф воздействовавших на неё звуковых волн. Но самое удивительное, что из его слов выходило, что лаковая пленка имеет бесчисленное количество слоёв, которые как годовые кольца деревьев несут в себе звуковую информацию. 

Я слушал весь этот бред, осознавая, что даже чеснок не является панацеей от болезни Альцгеймера, вот и у Мастера "прохудилась крыша". Причём тут бедный старик Страдивари? Что за дурацкая "эпиплазма" для протирки космических окон? Причём тут поверхность стекла с виртуальным отпечатком звуковых капилляров? Почему силуэт скрипки неотличим от выдоха на холодном стекле? Дальше все происходило, как в юрте шамана. Первым делом в метре от стекла был закреплён экран ˗ пластина из тончайшего среза резонансной ели. К пластине была приклеена тончайшая металлическая рамка, а та, в свою очередь, была закреплена между двух камертонов стальными волосками. 

Потом началось полное зазеркалье. Дмитрий Иванович достал похожий на эпидиаскоп предмет и включил его. Свет ярко рубинового цвета часто заморгал, проходя через стекло и поставленную за ней наливную линзу, словно от телевизора КВН хрущёвский эпохи. При этом луч окрасил импровизированную деку в неправдоподобно пурпурный цвет. И тут я испытал чувство страха, ведь внутри мастерской кто-то произнёс несколько фраз на непонятном мне языке, затем заиграла скрипка. Нет, звук был негромкий, но не было ни малейшего сомнения, что эти прикосновения принадлежат смычку гениального скрипача. Да и кто мог удостоиться возможности исполнения на такой легендарной скрипке. Потом повисла пауза, мастер сказал, что в местах нарушения лака образуются звуковые дыры, но минуту спустя прозвучали ноты великолепно исполненного финала. 

Пару минут мы молчали, и казалось, что Дмитрий Иванович удивлён более меня, как будто не он, а я воспроизвёл это чудо. Потом он пытался объяснить, как действует эта конструкция, как преобразуются цветовые колебания в звук, что-то про какие-то синусоиды, пытаясь совместить в моей голове роль звукозаписывающей иглы для граммофонных пластинок и роль звуковых ударов об шеллачную плёнку лака. "Ну неужели ты не понимаешь, ведь даже первая грампластинка была изготовлена из шеллачного блина, с процарапанными на ней звуковыми бороздками". Убедившись, наконец, что в вопросах физики я даже не троечник, Дмитрий Иванович не выдержал и, понизив голос почти до шёпота, прошипел: «Я так и знал, поэтому покажу, как это работает». Он взял палитру, о которую растирал полировальную губку, затем налил на стекло какую-то жидкость, потом в пяти сантиметрах от стекла расположил лаковую палитру, подержал её в таком положении лаком вниз буквально пять секунд. 

Дальше всё происходило как в цирке: палитра в мгновения ока оказалась на столе, и маэстро, словно фокусник, держал над ней "спутниковое" стекло. Ещё через секунду это стекло он припечатал вторым, точно таким же, и только после этого облегченно вздохнул. Потом было всё как в первый раз, только вместо скрипки я услышал нашу беседу, происходившую только что, и затем скрипичное каприччио. Ну не было рядом ни магнитофона ни какого-либо другого устройства, способного воспроизвести наши голоса. Ну конечно, он меня разыграл и всё дело в фонаре. И я бросился разбирать этот чёртов фонарь, предвкушая, как вместе будем смеяться над розыгрышем. Но за линзой действительно была лишь лампа, трансформатор и выключатель. Я посмотрел на Дмитрия Ивановича в надежде, что он достанет из кармана какой-нибудь диктофон, но понял, что мастер взволнован больше меня. Потом мы долго беседовали, я даже начал немного понимать суть метода послойной экстракции звука из лаковой пленки. Похоже, снимая эхо при помощи сильного растворителя, можно получить последний звуковой отпечаток, затем опять воздействовать смесью эфира и "эпиплазмы" и получить предыдущую фонограмму, и так путешествовать сквозь время. Мой разум слегка помутился, ведь если усовершенствовать эту методику, наверное, можно будет услышать и голоса наших царей, да и вообще, похоже, придётся переписывать учебники истории. 

Решили не торопиться и больше пока не прикасаться к серьёзным историческим экземплярам, а начать с простых вещей. Нам предстояло узнать, является ли проводником только музыкальные инструменты и их деки. А самое главное, пригодны ли другие виды лаковых покрытий для звуковой экстракции или это свойственно только шеллаку. Просидели почти дотемна, решая эти глобальные задачи, еле успели на метро. Договорились провести следующий опыт послезавтра. 





Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic