Category:

Окончание первой главы повести "Герда"

Ну не было ни у кого такой тяги- приближаться к нему , а издалека глаза сливались с серо фиолетовыми подглазными  мешками и были надёжно закрыты полупрозными веками с  белёсыми  редко воткнутыми в них ресницами. Жизнь его проходила в заботах о матери , здоровье ,которой истончалось как, истончается ткань от бесконечных стирок. Жить приходилось на пенсию и материальную помощь , переодически выделяемую родительским комитетом школы. Но самое ужасное испытание- была -Герда . Она почти всё время находилась рядом и видела весь его кошмарный ежедневный быт ,бесконечно выносимые утки, судна  и беспролазную нищету . Страдал он этого безмерно. Он может быть даже зря переживал за кастрюли с облупленной эмалью , щербатую посуду и алюминиевые ложки и вилки, да и тот весьма сермяжный набор продуктов из которого ему приходилось готовить почти с двенадцати лет. Она совсем не обращала на него внимания , тем более ,что его с мамой комната находилась в самом конце коридора ,рядом с кладовкой, и вообще воспринимала его как например перила на лестнице. Вроде они и есть ,а с другой стороны часто ли вы вспоминаете про те самые перила , вроде только тогда когда оступишься подвернёшь ногу или тебе понадобиться поддержка от внезапно навалившегося груза. Собственно перилами для Герды ему приходилось быть постоянно , с тех пор как они переехали сюда с мамой  после развода , когда « Каю» было лет пять. Он обычно старался помогать ей во всех неприятных бытовых делах. А за это она иногда снисходила до совместных игр. Они даже тогда играли вместе в магазин, он приносил красивую  коробку от маминых  духов и они перебирали чешскую бижутерию и ростовскую финифть ,какие то незамысловатые брошки из силуминия с  дешёвыми фиолетовыми стекляшками  , словно королевские украшения и продавали их друг другу за фантики от шоколадных конфет. Ещё они играли в прятки в тёмном и длинном коридоре. Да  тогда , в те  минуты они ощущали себя просто друзьями. И даже в школе они почти до четвёртого класса сидели вместе, за одной партой. Но в ту осень ,вдруг  ,загорелая и  неожиданно ставшая ,ослепительно красивой ,она пересела от него в левый  ряд, что  ближе к окну , а скорее всего поближе к голубоглазому мальчику- отличнику ,сыну известного в городе человека. И «Кай» стал перилами похоже навсегда. Он черпавший изнанку жизни пригоршнями  , в тот вечер с трудом дождался когда уснёт, принявшая положенные таблетки мать ,упал на подушку и скрипя зубами выл как загнанный в капкан волк. Но делать было нечего и он «отгрыз» больную душу и попытался жить дальше, повзрослев сразу лет на двадцать. Жизнь текла своим чередом и была пропитана серой безисходностью ,изматывая, своей монотонностью и предсказуемостью . Настало время экзаменов, а за ними и выпускного бала. Ещё с утра он безукоризненно отгладил единственные выходные брюки и не новую и слегка желтоватую от времени рубашку. Но не получилось предстать даже в столь скромном наряде на выпускном, маме было хуже чем обычно и он не рискнул оставить её одну , сколько она не уговаривала. Тут в дверь просунулось сияющее личико Герды. Ну ты идёшь ? На ходу спросила она , и тут же на глаз оценив ситуацию выпорхнула из комнаты. Ночь прошла для него в хлопотах пришлось даже вызывать скорую, маму собирались положить в больницу, но потом вроде подействовал укол, и под утро она заснула. «Кай» тоже полностью измученный собирался упасть на кровать, вдруг как ему показалось услышал приглушённый вскрик. Поддавшись непонятному зову он ринулся за дверь, благо на это понадобилось буквально три шага. Взгляд его и парня одной рукой душивший Герду ,а другой грубо вцепившейся в вырез её платья  ,мгновенно пересеклись и внезапный страх объял обоих. Только этот страх не был липким  животным и парализующим , а наоборот столкнул обоих мужчин  лбами. Нет конечно не было никаких лбов и рыцарского турнира . Крепкий боевой кулак смачно пробил хрупкую переносицу белобрысого рыцаря и слегка желтоватая от долгой носки белая рубашка вмиг намокла  и стала сначала алой а потом цвета украинского свекольника. Герда вмиг оказалась внутри квартиры, её сотрясали запоздалые рыдания.На шум из комнаты выскочили испуганные родители Герды , а из комнаты Кая послышался слабый стон его матери. Уже через десять минут две бригады скорых развозили два бездыханных тела в разные по профилю больницы...

Почти  месяц , его пластилиновое тело футболили по всей больнице , из одного отделения в другое. Каждый заведующий  старался обнаружить жуткие перебои в работе органов в смежных с его специализацией областях. И честно говоря , многие перекрестившись , надеялись, что спихнув этого пациента к соседям,  не испортят летальной статистики своего отделения. Единственное помещение ,где было бы ему спокойно ,это было паталогоанатомическое отделение, но медицина всё никак не могла довести его тело  до нужной для поступления туда температуры. И он продолжал мигрировать по пытавшимся отпихнуть его отделениям. Но вдруг всё поменялось кардинально и за его лечение буквально начали бороться буквально все те, кто ещё вчера под любым предлогом пытались от него избавиться.


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic