very_old_life

Categories:

Пари

Опубликовано было год назад — когда меня ,вообще никто не читал в принципе...

Про Контору ходили и ходят легенды, и про ее всемогущество, и про холодную голову, и про горячее сердце, и про чистые руки ее сотрудников. И все это истинная правда. Мало кто знает, что было в этой непростой организации небольшое подразделение, а может, часть небольшого подразделения, а может, маленькая часть небольшого подразделения, а может, просто два человека, которые, обладая всеми перечисленными качествами, завсегда находились в засаде у Большого театра. Подозреваю, что профильное училище  они закончили не на все пятерки. Стояли они не просто так, а для борьбы с отдельными отщепенцами, посягнувшими на самое святое - на монополию государства по отъему валюты у граждан сопредельных капстран. Попросту говоря, ловили тех, кто продавал билеты в Большой театр за доллары. Ах если бы в  том отделе знали, что противостоять им будет аномально везучий человек, то они бы непременно усилили эту группу. Но не знали, а потому и не усилили, а более того, заранее решили, что обыграют его вчистую. Соперник же им достался неординарный. Прежде всего, это его внешность: она расхолаживала и предрекала легкую победу. Внешность деревенского увальня, со слегка приоткрытыми пухлыми губами, поднятыми от изумления "домиком" бровями, светлыми соломенными волосами, небрежно расчесанным пятерней.  

И если уж экранизировать русские народные сказки, то лучшего кандидата   на роль Иванушки сложно было бы найти. Здесь даже уместно будет вспомнить параграф из учебника по биологии про покровительственную окраску и способность отдельных организмов мимикрировать. Так вот, это как раз про нашего героя. И ведь кто бы мог подумать, что под личиной простецкого сельского механизатора, таился матерый катала и картежник. 

   Карты в его руках представляли зрелище нереально фантастическое, то они взлетали в воздух и висели там до тех пор, пока он взглядом не возвращал их обратно в колоду. То превращались в эффектный веер, то вытягивались паровозиком, то поворачивались вокруг своей оси, то просто ощетинивались гремучей змеей. Оторвать глаз от карт, находящихся в его руках, было делом немыслимым. Может, загадка была в его пальцах: ведь такие пальцы могли принадлежать только профессиональному пианисту, лауреату и победителю всех мыслимых и немыслимых фортепьянных конкурсов и фестивалей. А может, он имел генетический материал от самого Ван Клиберна, посетившего СССР в 1958 году.  Кто знает, кому мог подарить свою любовь великий исполнитель в короткие промежутки отдыха, не занятые бесконечными гаммами, фугами и симфониями. Ну как мог бы он ,например отбиться, от ясного взгляда и чистого крепкого объятия нашей комсомолки ,на груди у , которой ,лежал комсомольский значок. Возможно, эти гены стали причиной любви к американским деньгам, столь чуждым для нашего малоиспорченного жевачкой и кока-колой поколения. Возможно, оттуда росли ноги и объясняли влечение к иностранным шмоткам, напиткам и продуктам разложения загнивающего капитализма, а может, это просто был генетический зов заокеанских предков. Так, возможно, под личиной деревенского пастушка с курносым, как у Клиберна носом, прятался чуждый нам любитель наживы. Единственное, что вызывало уважение и удивление, сколько труда и усидчивости было положено на алтарь добычи легких денег.  Кажущаяся легкость обращения с колодой - на самом деле была результатом каторжного труда. Новая колода через четыре часа тренировок сильно напоминала пачку истрепанной бумаги, настолько интенсивно проходил процесс шлифования профессионального мастерства. И как ,казалось, каталы и картежники наравне со сталеварами и балеринами должны были быть причислены к списку профессий раннего ухода на пенсию из-за постоянного стресса и изнурительных занятий. 

        Конечно , чтобы держать руки в тонусе , приходилось тренироваться  беспрерывно .Наверняка , многие читали про тяжелое детство Паганини и других виртуозов, но одно дело читать, а другое дело наблюдать, как человек гоняет сам себя до двадцать седьмого пота, изнуряя каждодневной тупой, выматывающей работой с обычной колодой карт. В то время он работал пожарным в театральной библиотеке. И этот пожарный при окладе в девяносто рублей иногда мог вынуть из кармана и небрежно продемонстрировать сумму, достаточную для покупки автомобиля или двух, и мало того, купюры, сложенные в пачку, имели специальную систему и были разложены по номерам в порядке, удобном для игры на интерес. Помимо этого, математические действия с большими числами он производил наравне с только что появившимися заграничными калькуляторами, иногда обгоняя их. Помимо картежных упражнений в сферу постоянных занятий входили тренировки по бросанию металлических рублей на точность и многие тому подобные дисциплины. Его школа оттачивания мастерства, наверняка, могла поспорить с жестоким уставом Шаолиня. И конечно, его натура была бы не настолько цельная и разносторонняя, если бы еще одной гранью его таланта не был безупречный английский, возможно, еще один аргумент в пользу похождений иностранного пианиста.   Безупречный техасский акцент помогал ему сеять тягу к искусству советского балета среди безнадежно отсталых в вопросах мировой танцевальной культуры американцев. Конечно, можно долго спорить с тем фактом, что судьба помогает тем, кто и сам не ленится, и поэтому зачастую таких трудяг поощряет хроническим везением. Да и как назвать по-другому умение оказаться в нужном месте в нужное время.  

       Так и в тот ничем не примечательный день местный "пожарный" зашел к реставраторам, когда они были увлечены творческой (левой) работой, которую собирались продать кому-нибудь из своих клиентов - просто делали раму для зеркала в прихожую с элементами русского ампира.  "Мастера, а сколько может стоить сей предмет буржуазного быта?" - спросил он, зайдя в мастерскую. "А мы еще цену не придумали,"-отвечали в тон ему мастера. "А хотите пари? Я заплачу вам вдвое больше, чем вы назовете, если сможете замуровать сюда секретный ящик по объему не меньше чем пачка сигарет, при том условии, что я не смогу найти его за полчаса, ну а если найду, то заберу раму бесплатно". Мастерам куражу тоже было не занимать. Ударили по рукам. Ударить-то ударили, а делать-то как?   Задача не из простых, ведь при простукивании всегда полое пространство имеет другой звук, да и где запрятать, если заранее известно и про секрет, и даже про его размер. 

        Курили долго - часа два, но зато уже к вечеру задача была решена, и общий объем полезного пространства значительно превышал пачку сигарет, но что самое удивительное - звук при простукивании был абсолютно одинаковый.

         На следующее утро была названа какая-то неприлично высокая цена за обычную, казалось бы, под ампир зеркальную раму. Но уверенный в себе игрок накинул для большего азарта еще столько же. И высокомерно подмигнув, произнес: "Время пошло". Длинные аристократические пальцы "хирурга" красиво и нежно совершили круг по абрису рамы и встретились внизу на её середине, затем нежно, почти не касаясь поверхности, прошлись по лицевой плоскости и только потом, сначала тихонько, а потом с легким постукиванием в ритме чечётки пробежались по углам рамы, украшенным классическими розетками. Сухое и правильно выдержанное дерево отозвалось красивым орехово-бархатным баритоном, но подобный же звук ласкал ухо и при простукивании других элементов рамы. Тень сомнения пробежала по лицу маэстро, и начался второй тур степа, но и он не выявил существенных различий в природе звука. Реставраторы тоже притихли и почти не шевелились, стало слышно, как прогорал табак в сигарете, лежащей в пустой консервной банке от "бычков в томате". Третий тур перкуссии тоже ни к чему не привел, теперь уже отбросив пижонство и напускной шик, он прижал ухо к поверхности и стал простукивать раму сантиметр за сантиметром, как делали это доктора в прошлом веке, находя дефекты внутренних органов по различию звука от них исходящего. Результат был тот же: то есть найти пустое пространство не представлялось возможным. Еще минуты три ушло на внимательное рассматривание рамы на предмет поиска какой-нибудь потайной кнопочки, или рычажка, или еще чего-нибудь такого, за что можно дернуть, нажать, повернуть и открыть этот проклятый секрет. Но даже такой столь скрупулёзный осмотр не продвинул к обнаружению секрета ни на шаг. Не помогло и почесывание соломенного цвета шевелюры всей пятерней, с одновременным выпячиванием нижней губы и глубокомысленным, почти ленинским прищуром. Потом, схватив раму двумя руками, он начал её не по-детски трясти. Но и такая магическая процедура не продвинула к открытию ни на йоту. А время неумолимо щелкало, и здесь, можно сказать, бежало, или, как написал бы какой-нибудь профессионал-писатель, утекало, как песок сквозь пальцы. Теперь уже на сперва отстраненном и безмятежном лице заиграли желваки и взор незамутнённых васильковых глаз пятилетнего ребенка сменился взглядом пытливого подростка, забывшего доказательства простой теоремы. Затем глаза приобрели оттенок оружейной стали и отгородились от всего остального мира, не выражая вообще ничего. Внутренний голос уже достал своего хозяина единственным вопросом: «Где же эти суки спрятали проклятый ящик, размером не меньшим чем пачка сигарет?" Ответа на него не было.  Тогда "пожарный" с силой начал нажимать на все выступающие части и даже на шурупы, которыми были привинчены ушки для подвески рамы на стену. Но и эти приемы не помогли добраться до заветного тайника. Тогда он попросил у реставраторов лупу и начал изучать и внешние, и боковые, и особенно задние поверхности рамы. Но и это не дало ни малейшего намека на возможность проникновения в сокровенные недра. И вот пошла последняя минута: и тут сам чёрт начал строить рожи из-за серебряной амальгамы зеркала, подмигивая хитрым глазом из-под капли пота, упавшей на стеклянную гладь. Нет, ну никак не хотелось мириться с фактом, что какие-то "сучкогрызы" смогли победить профессионала в области облапошивания населения.  Даже не столько было жалко денег, сколь жалко было расстаться со сладкой мыслью лёгкой победы. И как же секрет был прост: надо было только не нажимать на выступающий профиль, а наоборот, потянуть его на себя, и тогда сдвигалась торцевая площадочка, и она освобождала путь к выдвижению ящика. Ну а тот был равен длине вертикального бруска и под завязку заполнен пачками резанной бумаги, имитирующими пачки денег.  Основной секрет же состоял в том, что все стороны рамки имели аналогичные полости и ящики были одинаково заполнены такими же пачками. Для хранения какого-нибудь объема денег оставалось заменить бумагу реальными деньгам. После окончания схватки профессионалов на стол была поставлена бутылка дорогого буржуйского напитка, в общем все как всегда мир, дружба, friendship. Все бы ничего, но где-то через месяц театральный "пожарник" пропал. Пропал одномоментно, словно канул в Лету.

        И появился он ровно через год, загорелый, коротко стриженный с все той же глуповатой улыбкой на пухлых оттопыренных губах, в руке он нёс пакет магазина "БЕРЁЗКА", полный иностранной выпивки. В итоге праздновали встречу до глубокой ночи, не просто встречу, а целое освобождение. Ведь секретный ящик в раме спас его от долгого, минимум десятилетнего, срока по валютной статье. Тогда  его взяли с поличным при продаже билета какому-то фирмачу за 49 долларов, и довольные поехали к нему домой с обыском, предвкушая легкую добычу. Но за шесть часов упорного исследовательского труда вместе с отрыванием плинтусов, частичным поднятием линолеума, некоторых плашек подозрительного паркета и дверных наличников, сканированием поверхности стен, размораживанием свертков с продуктами. Потом провели исследование и прочистку всей системы канализации и водопровода, в лучших традициях "green peace", и к полному своему разочарованию, ничего не нашли. Короче говоря, как потом рыдал адвокат на суде, то ли нелепая случайность, то ли врожденная вежливость позволила оступиться порядочному гражданину, добросовестному работнику и смелому огнеборцу, стоящему на защите культурных ценностей. Он просто вынужден был взять непонятные зеленые бумажки за свой "горящий" билет, ну не мог же он обижать гостей, которые пересекли Атлантический океан. И действовал он, дабы убедить их в преимуществах нашего строя. Пускай мол собственноручно убедятся, насколько лучше крутит фуэте комсомолка, в отличие от бездуховных обитателей каменных джунглей. Вы, конечно, спросите, а что чекисты - так чекисты простучали раму тоже раза три и добросовестно протрясли ее, и понятые тоже не смогли пройти мимо - смотрелись в зеркало, слегка прихорашиваясь. Могу только сказать, что зеркала с момента их изобретения всегда скрывали в себе разные тайны и уводили мысли чёрти куда, рассеивая внимание.  Да любой может попробовать, глянешь на себя любимого, и улетел куда-то в глубину своих мудрых мыслей, разглядывая в знакомом отражении немыслимую красоту внутреннюю и внешнюю. 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic