very_old_life

Category:

Самый ,самый французский фильм на советском экране ,у нас он вышел на год позже ,чем ...

19 февраля 1964 года— на экраны Франции вышел фильм режиссёра Жака Деми « Шербургские зонтики» с Катрин Денёв.

А это публикация к 50 — летию выхода фильма на экраны:

На волнах радио и с эстрады, на французском, русском и суахили, в ресторане и в самолете - где угодно! - до сих пор звучат и волнуют сердца леграновские мелодии, ставшие знаменитыми и любимыми благодаря одному французскому фильму.

Он покорил мир своей щемящей грустью и истинно французской чувственностью полвека назад - 19 февраля 1964 года. Именно в тот день «Шербурские зонтики» начали триумфальное шествие по планете.

Уезжаешь, милый,

вспоминай меня,

Пусть бегут столетья -

вспоминай меня.

Я зимой и летом буду

ждать тебя,

Где бы ни был ты,

я тебя жду...

Вспомнили мелодию? Да, это она, песенка юной Женевьев - Катрин Денев, главная музыкальная тема «Шербурских зонтиков». Такого еще не было в кино: все персонажи пели - от начала до конца фильма! Даже банальные бытовые разговоры велись, на худой конец, речитативом. (Через 10 лет Андрей Кончаловский снял «наш ответ» «Шербурским зонтикам» - «Романс о влюбленных», где тоже все поют.) И это при том, что в сюжет картины о любви мощно врывается сюжет социальный и даже политический: ведь роковая разлука влюбленных Женевьев и Ги происходит из-за алжирской войны, ставшей сильнейшим потрясением для Франции и французов начала 1960-х!..

Именно этот фильм открыл всему миру образ Катрин Денев, именно написанная к этому фильму музыка сделала знаменитым замечательного композитора и пианиста Мишеля Леграна. Нежная, красивая, драматическая история стала рождественской сказкой наоборот. Ведь финал фильма разыгрывается перед Рождеством: падает снег, горят огоньки, стоит наряженная елка. Рождество наступает, но счастья нет. Ощущение утраченного счастья - это, собственно, и является лейтмотивом фильма, который с неизменным успехом волнует сердца новых поколений зрителей. А о том, как взволновала картина современников, говорят и ее награды: «Шербурские зонтики» в том же 1964 году получили Золотую пальмовую ветвь на Каннском кинофестивале и пять раз номинировались на «Оскар».

«Это фильм обо всем, что препятствует счастью»

Парадоксально, но факт: фильм, песни, Катрин Денев и Леграна знают все; фамилию режиссера картины, главного создателя «Шербурских зонтиков», не назовет почти никто. Что, конечно же, несправедливо, ведь Жак Деми, помимо всего прочего, является основателем поэтического реализма во французском кино. Надо сказать, что режиссер, сценарист и автор песен «Шербурских зонтиков», создавая свой фильм-оперу, вовсе не рассчитывал на мировые масштабы - он снимал экспериментальное авторское кино, выдержанное в духе французской «новой волны». Но результат превзошел все мыслимые ожидания.

«Шербурские зонтики» стали одной из предтеч постмодернизма. Тогда, в середине 60-х, Франция блистала гениями литературы, науки и культуры; Ив Сен-Лоран, Карл Лагерфельд и другие молодые кутюрье создавали имидж новой Франции. Франция, которую показывает Деми, полна красоты, иллюзии и сказки, равно как и трагедии реальности. Эстетизм Деми импонировал зрителям, людям, которые еще не отошли от последствий Второй мировой войны. Тем не менее, при всем стремлении идеализировать действительность Жак Деми ни на шаг не отступал от правды жизни. «Это фильм о войне, о разлуке, обо всем, что препятствует счастью и поэтому становится нам ненавистным», - говорил режиссер.

Стихотворение в музыке и цвете

Разделенная на три акта - Отъезд, Разлука, Возвращение - и помещенная в милый городок Шербург на побережье Нормандии, история любви продавщицы зонтиков Женевьев (прекрасная 20-летняя Катрин Денев) и автомеханика Ги (Нино Кастельнуово) превращается в сказочную фантазию. Способствовали этому технические приемы авангардного кино. Взять хотя бы метод съемки: большинство сцен были сняты не в павильоне киностудии, а прямо на улицах Шербурга, что в то время было ново. Больше того, стены городских зданий специально перекрашивались в разные тона, чтобы передать настроение каждого отдельного эпизода. Цвета одежды героев - тоже не просто дань красоте и моде, это изначально нечто большее. Женевьев бежит на свидание с Ги в радостно-желтом плаще, провожает любимого в беззащитно-искренне-белом, тоскует - в платье нежно-голубой грусти, встречается вновь - в строгом коричневом манто. Последний поцелуй Ги и Женевьев зритель видит на фоне стен,

окрашенных в ярко-розовое с зеленым. В сценах свидания Ги и Мадлен преобладают красные цвета страсти...

Что интересно, последний и решающий эпизод в судьбе героев также связан с цветом. В начале 1970-х пленка, на которой снимался фильм, утратила яркость, экранные копии износились - фильм необходимо было срочно реставрировать. Деми предвидел это и попросил сохранить в архиве негативы фильма, благодаря чему удалось сохранить параметры каждого цвета. Но... уже после смерти режиссера. Реставрацию, на которую требовалось 80 тысяч франков, продюсер фильма Мэг Бодар сочла неоправданной. Позже осознали, что Жак был прав: пленка действительно безнадежно поблекла. И лишь в начале 90-х негативы из национального киноархива Франции передали вдове Жака Деми Аньес Варда (она тоже известный режиссер), которая и занялась реставрацией. В 1996 году фильм был спасен и вновь вышел на экраны.

Что касается музыки - «Шербурские зонтики» отнюдь не были единственной удачей для Леграна. Он написал саундтреки более чем к 200 фильмам, получил три «Оскара» и пять премий «Грэмми», работал с лучшими мировыми симфоническими, эстрадными и джазовыми оркестрами, с Фрэнком Синатрой, Шарлем Азнавуром, Барброй Стрейзанд, Лайзой Миннелли, писал шлягеры... Но для миллионов Легран ассоциируется именно с этим фильмом. И неудивительно. Музыка, требовал Деми, должна была максимально передавать в картине мелодику речи с ее интонационными вариациями. По воспоминаниям его жены Аньес Варда, Легран, чтобы показать новую мелодию, мог позвонить им домой со словами: «А вот это для третьего носового платка» - иронизируя над сентиментальностью сочинения. И правда - к концу фильма, как оно и случилось на премьере в Париже, зрители не сдерживают слез... А еще в те годы люди не догадывались, что поют в фильме вовсе не актеры, а профессиональные вокалисты. Занятно, что в озвучании поучаствовали и сами режиссер и композитор: Деми поет реплику бармена, а Легран - почтальона.

Фильм и сегодня обладает каким-то особым ароматом и обаянием. Не случайно критики называли его стихотворением в музыке и цвете!

Актеры и роли

«Я словно находилась в коконе, пока не встретилась с Жаком Деми. Он многому меня научил. Из моих ролей Женевьев я люблю больше всех», - так говорила Катрин Денев. К моменту съемок «Шербурских зонтиков» Катрин была беременна (сын потом родился, но брак с его отцом Роже Вадимом, знаменитым режиссером, не состоялся). Возможно, сходство судеб и помогло актрисе так полно и искренне воплотиться в своей героине!.. Знаменитый имидж Катрин Денев тоже был найден именно в этом фильме. Когда она пришла на пробы, Деми, едва увидев ее, сказал: «Мне не нравится эта девушка, она абсолютно не подходит для роли». Тогда Аньес пригласила Катрин «за кулисы», сбила новомодную «бабетту» (укладка под Брижит Бордо), расчесала ей волосы и сделала ей ту прическу, с которой мир и полюбил ее сразу и навсегда. Это было символично: на смену агрессивности Брижит Бардо пришла такая вот белокурая красотка с лентой и бантиком.

Что касается Нино Кастельнуово, сыгравшего влюбленного автомеханика Ги, то за свою долгую актерскую жизнь он снялся в более чем 64 фильмах и телесериалах, но повторить успех «Шербурских зонтиков» не удалось. А в 2005 году актера постигло несчастье: он полностью ослеп из-за глаукомы.

«Зонтики» в Советском Союзе

СССР «Шербурские зонтики» накрыли в 1965-м, через год после премьеры во Франции. Картину пустили в советский прокат как фильм «о трагическом расхождении во взаимоотношениях представителей рабочего класса и буржуазии, о продажности и аморальности». Но на всякий случай разрешили к показу лишь на утренних киносеансах. Железный занавес, медленно приоткрываясь, впускал в страну социализма ослепительные картинки западной «аморальности». Но, вопреки ожиданиям чиновников, меньше всего людей волновал социальный подтекст фильма. Люди, чьи молодые годы пришлись на 1960-70-е, вспоминали его выход так: «Мы пресытились картинами о Стаханове, фильмами о войне и трудовой жизни. И уже не хотели видеть бензоколонки и вникать в проблемы рабочего класса. Мы жадно впитывали красивую жизнь - ведь тогда мы даже представить не могли, как она выглядит...»

Поэтому зрители, беря отгулы на работе и пропуская пары в институтах, плотно заполняли утренние кинозалы. После чего девушки шли к портнихам или в ателье и из советского «дермантина» просили скроить им пальто «как у Женевьевы». Студентки «заболели» пастельной цветовой гаммой - ведь Женевьев носила розовые и голубые платья, желтые кардиганы, кремовые пальто кукольного покроя. В парикмахерских заказывали прическу, как у Катрин Денев - обязательно украшенную ленточкой. И учились новомодному макияжу - подчеркивали глаза стрелками.

Ну, а музыка из фильма сразу же зазвучала повсюду. В 1970-е появилась и русская версия песни «Буду ждать тебя» на слова Андрея Вознесенского. Ее первой отечественной исполнительницей стала Людмила Сенчина. Именно ей, в ту пору студентке музыкального училища и начинающей певице, посчастливилось работать с Мишелем Леграном и даже записать дуэт, где Легран исполнил партию Ги.

Несмотря на то что фильм является одним из выдающихся примеров «новой волны» французского кинематографа, он воспринимался советскими зрителями не как авангардное кино, а как красивый французский фильм о любви, совершивший определенный поворот в сознании и целую революцию в эстетических взглядах людей. И вот уже 50 лет «Шербурские зонтики» ассоциируются для многих и многих с французским вкусом, шармом, олицетворяя собой прекрасную Францию.

http://www.shans.com.ua/?m=nr&in=468&ir=49&id=52565

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic